Московская жилищная газета

Внимание, мошенники

Опубликовано на сайте: 04 февраля 2003 г. 19:14
Публикация в газете: №5 (420) от 04 февраля 2003 г.

Фальшак «в законе». Факты – очевидные, выводы – невероятные

Когда-то наследственные дела считались одними из самых трудных и запутанных. Не случайно они стали темой многих увлекательных повествований. Но потом об этих сюжетах на долгое время забыли: какое наследство, когда нет собственности на самое ценное – недвижимость! И вот теперь суды вновь рассматривают их.

И вновь путаются юристы. Но теперь уже по другой причине: плохо знакомы с жилищным законодательством. Да что там, просто не знают жилищную практику. Ниже – рассказ об одном из таких дел. Невольно (в сотый раз) воскликнешь: как нужны специализированные жилищные суды, где квалифицированно рассматривались бы все дела с недвижимостью! По этому пути пошло большинство стран. Мы же пока только дискутируем. Осиротевшая квартира
Бывают «нехорошие квартиры», а бывают «нехорошие владельцы». Увы, говорить так об умершем человеке не совсем корректно, но что делать, если он и жизнь прожил непутевую, и умер не по-божески? Единственное, что мы можем сделать – не назвать его по имени, скрыть под инициалами, скажем, Н. К.
Началась эта история более десяти лет назад, в конце 80-х. Тогда Н. К. вступил в кооператив «Мурманск» (название подлинное), заплатил первый взнос, поселился в однокомнатной квартире. Был он одинок – какая женщина захочет связать свою судьбу с алкоголиком? В то время он еще работал, но вскоре ее потерял. Денег не стало. А потому не только рассрочку, но и коммунальные платежи платить перестал. Жил в квартире, что называется, в долг.
Прошло еще какое-то время и он исчез вообще! Перестали его видеть в доме. Где, что – этим особо никто не интересовался. Кому дело до не очень симпатичного соседа? Вот только квартира его не пустовала. В ней всегда кто-то находился. Одну неделю – одни, другую – другие. В общем, в доме появились посторонние люди. И такая ситуация не могла не встревожить правление ЖСК. Его члены обратились в милицию.
То, что им рассказали, было событием из ряда вон выходящим. И тем не менее оно особо никого не удивило: следовало ждать. А еще заставило правление задуматься: кто же все-таки будет оплачивать жилье? Ладно – пай, но ведь и за обслуживание кто-то должен рассчитываться. Из того же, что поведала милиция, следовало, что денег в кооперативе не увидят еще долго. А информация была такая: Н. К. осужден за нанесение особо тяжких телесных повреждений, а свой срок – шесть лет будет отбывать в психиатрической больнице, куда его направили на принудительное лечение. Понятно было, зачем: лечить от алкоголизма.
Спрашивается: кто же тогда сдавал квартиру? Вопрос этот остался невыясненным до сих пор, но, по некоторым сведениям, сама милиция это и делала. Но теперь этим решило заняться правление: надо же было откуда-то брать деньги! И для этого площадь отремонтировали, поставили там простую мебель: ведь Н. К. оставил квартиру совершенно пустой. Нашли надежных арендаторов, и какое-то время платежи за коммунальные услуги поступали аккуратно.

Вышел на волю
Все когда-то кончается, минули и шесть лет, хозяин квартиры объявился. По свидетельству очевидцев, когда он открыл дверь, то не выказал никакого удивления по поводу нового вида своего жилья: то ли от равнодушия, то ли совсем отшибло у него память. Побывали в квартире члены правления, поинтересовались: что будет с оплатой? Но что он мог им ответить, если сам не знал, как пойдет дальше жизнь? Единственное, чего добились в ЖСК, так это взяли расписку с непутевого жильца, что он не попортит ни квартиру, ни мебель. Странное, конечно, обязательство, если учесть, что обратились к самому хозяину квартиры. Но и правление можно понять: а вдруг он опять исчезнет?
Впрочем, не такие уж сухие прагматики руководили ЖСК. Судьба квартиры – это одно, но и судьба жильца была не так уж им безразлична. Все-таки живет с ними в одном доме. Короче, решили позаботиться и о беспутном жильце. Выбили для него жилищную субсидию – как для инвалида. А потому и подыскали работу – ночным сторожем в ближайшем детском саду. В самый раз для такого человека: и ответственность небольшая, и питание бесплатное. И Н. К. начал оттаивать. Сколько уже лет он не видел добра от людей!
Но продолжалось все это недолго – год. В самом главном люди не могли помочь соседу: уберечь его от опасного зелья. Все это время Н. К. продолжал пить. Могло ли все это кончиться добром для одинокого человека, который, по сути, никому не нужен? Конечно, нет. И лучше всех это понимал сам Н. К. Чем дальше, тем жизнь делалась для него все невыносимее. В какое-то мгновение, видимо, пришло неодолимое желание покончить с этим ужасом. И тогда Н. К. встал на подоконник…
Жизнь не состоялась, а вот смерть – да.

Предсмертная записка
Первое, что увидели соседи, когда зашли в квартиру, – это батарею пустых бутылок. И больше ничего, даже кровать была без постельного белья. И тут кто-то обратил внимание на записку, оставленную на кухонном столе и придавленную бутылкой. Обращена она была к брату – и это сразу вызвало удивление: у Н. К. есть брат? Никогда его раньше в доме не видели. А ведь как была бы нужна забота родственников! Но все были уверены, что Н. К. одинок.
По содержанию записка как бы была завещанием: не думай, мол, дорогой брат, плохо обо мне, так уж получилось. Иногда вспоминай. А чтобы при этом были добрые мысли, отдаю тебе свою квартиру. В записке была просьба к соседям позвонить брату. И его телефон.
На странность этой записки тогда внимания не обратили – возникли другие заботы, связанные с похоронными делами. Какой-никакой, а человек, надо по-человечески проводить его. Но по телефону, конечно, позвонили, выразили соболезнование. Заодно сказали, что ладно уж, правление ЖСК берет похороны на себя, назвали число, когда они должны состояться. Пусть брат придет, простится. Зачитали, понятно, записку, объяснили, что к чему: квартира, мол, не принадлежит страдальцу, пай за нее полностью не внесен. Но это, наверное, брат должен знать, а если нет – вот, сообщаем. После похорон обещали рассказать все подробнее.
От звонка осталось странное чувство. На другом конце провода почти физически ощущалось полное равнодушие и холодность. Судьба погибшего нисколько не интересовала его ближайшего родственника. На похороны он не явился.

Два хозяина
Читатель уже догадался: дальше речь пойдет о квартире. Но прежде поясним то, что не удалось рассказать М. К. (назовем так брата, к которому была обращена записка). Пай не выплачен, жильца нет – чья квартира? Еще в 1991 году пленум Верховного суда СССР принимает постановление № 11 (которое в силе и поныне), что квартира в этом случае переходит во владение кооператива, хотя и распоряжаться ею он может с согласия муниципальных органов. Что же касается наследников, то они могут рассчитывать лишь на те деньги, которые были за квартиру выплачены. В данном случае – первый взнос. Короче, его и хотели вернуть брату.
Итак, в соответствии с законодательством правление ЖСК «Мурманск» и стало действовать. Его председатель поставил обо всем в известность Департамент жилищной политики, а там подыскали из очереди возможного претендента, предложили ему выкупить площадь. Понятно, что цена ее была гораздо ниже существующих рыночных. Это вполне устраивало очередника. И вот уже на него оформляется право собственности. Остается только формальность – зарегистрироваться по указанному адресу.
Но именно на этой стадии (совпадение это или нет, сказать трудно) возникает М. К., брат. И предъявляет на квартиру права. Запиской он даже не поинтересовался. Она так и осталась в доме. Зачем? Он же единственный наследник. Квартира принадлежит ему.
Подобная ситуация может быть разрешена только судом. В Бабушкинский суд и поступил иск. Истцом был М. К. Ответчиком – ничего не ведавший и ни в чем не повинный очередник. А в качестве соответчиков были привлечены бухгалтер и правление ЖСК.
Окончание следует

Исаак Глан

Другие статьи на тему: Внимание, мошенники

  • Мошенничество с жильем
    Не секрет, что сделки с недвижимостью являются одними из самых рискованных, особенно для простых граждан. По статистике в 7% случаев такие договоры заканчиваются потерей жилья или серьезной суммы денег. Когда-то, в советские времена, подобные сделки совершались при помощи мены, что было во многих смыслах проще и безопаснее. Сегодня обычно используют куплю-продажу, заключая сразу несколько соглашений в один день, поскольку найти взаимно устраивающие варианты обмена сложно. Однако рыночная экономика явилась хорошим фундаментом для мошенников.
  • Сдам даром
    Зная, что бесплатный сыр встречается лишь в мышеловке, люди все равно надеются на лучшее: а вдруг повезет? Желание рискнуть нередко подпитывается любопытством, которое становится плохим союзником, когда дело касается по-настоящему серьезных дел.
  • Отцы и дети
    Ожесточенные споры о судьбе недвижимости, которые разворачиваются в зале суда, нередко повергают в недоумение: в ряде случаев кажется, что правы обе стороны. Тем не менее, победа достанется только одному – тому, кто подкрепит свою позицию грамотными аргументами и доказательствами.
  • После вчерашнего
    Какова цена столичной недвижимости? Кроме денежного эквивалента за нее зачастую приходится платить еще и здоровьем. А то – и собственной жизнью.
  • Нашла коса на камень
    Сколько бы законов ни принималось, как бы подробно они ни регулировали те или иные отношения, желающие обойти предписанные нормы найдутся всегда. Такая «самодеятельность» в сфере недвижимости чревата серьезными проблемами – жаль, что жертвы ловкачей осознают факт обмана слишком поздно...