21:21:58
18 июля 2024 г.

Квартирная мафия жива! И умирать не собирается

Напоминаем содержание. Наш герой – некогда популярный московский репортер. Потеряв работу, увы, начал спиваться. На свою беду он – владелец прекрасной квартиры в «сталинском» генеральском доме. Вдруг он начинает замечать, что к нему проявлеят интерес подозрительная публика, собирающаяся в летнем кафе у дома. В один совсем не прекрасный день нашему герою начинают угрожать, и он спасается бегством.После этого инцидента я долго не посещал «Презерватив». Именно так прозвали местные завсегдатаи летнее кафе за натянутый над ним резиновый шатер. Но потом время и желание выпить вновь привели под его сень. Всё равно поблизости других заведений не было. Во всяком случае самая дешевая водка продавалась именно здесь.
Я только собрался отправиться знакомой дорогой, как затрезвонил телефон. Звонила экс-супруга.
– Ты думаешь прописывать своего сына или нет?!
– Зачем? – удивился я. – Квартира приватизирована, и в случае чего он – единственный наследник.
– Да, но ты знаешь, какой огромный налог мне тогда придется платить?
Этого я не знал. Однако стало обидно, что некогда любимая женщина уже видит тебя в гробу и в белых тапочках.
– Что я должен сделать?
– Иди в ЖЭК и пропиши.
Ничего не поделаешь. Пришлось скорректировать планы. В паспортном столе объяснили, что прежде, чем прописать ребенка, надо его выписать. Я с облегчением вздохнул. Выписывать – это уже дело бывшей жены. А сейчас – свободен!
Один мой приятель семь раз (!) пытался создать семейную жизнь. Ничего из этого не получилось. Не ведаю, как он управлялся со своими семью женами, но мне и одной хватило.
Если москвичей испортил квартирный вопрос, то жительницу Подмосковья он тоже – да еще как! – коснулся. Для меня, человека, прожившего всю жизнь в одной и той же квартире, было очень занимательно проследить, как этот самый квартирный вопрос решался людьми другого круга и другого поколения.
Родители жены родом из деревни, но познакомились уже в Москве. Владимир Николаевич, мой покойный тесть, вместе со своей матерью перебрались к ее сестре в Удельную. Сестра была замужем за епископом с нетипичной фамилией Гуревич. Нет, что я говорю, не замужем. По уставу епископ – монах, а какие у того могут быть жены?
Как бы то ни было, Гуревич родственницу любил. Он разрешил Володе построить на своем участке маленький, в одну комнатку домик. Парень оказался работящим. Что-что, а стучать топором деревенских учить не надо.
К домику он пристроил кухоньку, к кухоньке – терраску. Так всю жизнь и протюкал молотком, расширяя свое жилище. И нынче это уже огромный зимний двухэтажный дом о 12 комнатах. Есть и каменный гараж, и сарай, и другие постройки.
В свою очередь теще дали двухкомнатную квартиру в реутовской хрущобе. Но была еще и часть дома в родной деревне. «Часть» находилась в скверном состоянии и больше походила на курятник. Однако Александра Васильевна цепко держалась за это родительское гнездо, несмотря на то, что родня не раз хотела выжить ее и прибрать имущество к рукам.
Видимо, уже тогда имела дальний прицел на житье-бытье в Денисихе. И в самом деле, лишь только грянула перестройка, Михаил Сергеевич начал щедро раздавать землю под участки. Теща сразу сориентировалась, мобилизовала тестя, напоила до полусмерти председателя сельсовета и участок в 20 соток – в кармане!
Новый дом Владимир Николаевич поднимал тоже в одиночку и ударными темпами. На нем и надорвался. Я всегда поражался его способности строить на века. Даже сортир он рубил так, будто в нем зимовать Ивану Папанину со всеми челюскинцами вместе взятыми.
Уже после смерти мужа теща прикупила по случаю сруб, перевезла к себе в деревню и по сути пристроила к своему дому еще и другой дом. Теперь это такие же крепкие бревенчатые двухэтажные хоромы, как и в Удельной.
Жили они в основном в Реутове. Когда моя экс-супруга окончила институт и пошла на работу, ей дали комнату в Жуковском. Там она прописана до сих пор, но и дня ни жила в квартире на две семьи.
Не знаю, мне почему-то нравилась эта светлая, не обставленная мебелью и от того кажущаяся просторной, комната с большим эркером, липами за окном и тишиной уютного дворика. Если продать мою московскую хату и доживать на вырученные за нее деньги оставшиеся деньки, то лучше ничего и не придумаешь. Но жене этого, конечно, мало.
В отличие от меня она сумела раскрутиться. Ей удалось обменять двухкомнатную квартиру в хрущобе на трехкомнатную в том же самом Реутове, но в хорошем кирпичном доме. Сделала евроремонт, обставилась.
Теперь на всякий случай она решила застолбиться и в моей квартире. Я не возражал. Дети – это святое. Только сейчас почему-то вспомнилось, как впервые привел ее в свой дом.
Сперва мы жили у меня. Но потом обзавелись щенком сенбернара. Через него я и женился. Думал, будет кому его выгуливать. Размечтался! И кормить, и выгуливать, и вычесывать в конце концов пришлось самому. Впрочем, перед женитьбой все люди – мечтатели.
Песик подрастал, и московская квартира для него показалась тесновата. Перебрались в Удельную. Я вывез туда всю обстановку, оставив лишь голые стены. Думал сдавать квартиру. Но не получилось.
Год мы блаженствовали на даче, но потом повздорили с родителями и перебрались в реутовскую хрущобу. Жена наотрез отказывалась возвращаться в мою квартиру пока не сделаю в ней капитальный ремонт. Увы, денег на ремонт не было.
Я уехал собкором на Кавказ. В Грузии начиналась гражданская война, и пришлось отработать на ней от звонка до звонка. Вернувшись в Москву, отремонтировал хату своими силами, и мы прожили в ней еще год нашей «совместной жизни».
Жизнь дала трещину, вторую, третью. Потом стала напоминать потолок в квартире, которую залили соседи сверху. Мы разошлись. И теперь кроме старого сенбернара у меня больше никого нет.
Мы идем с ним в «Презерватив», чтобы не думать, куда же все-таки несет нас этот окаянный рок событий.
В кафе я встретил Серегу – парня из соседнего подъезда. Он и его братья росли на моих глазах.
– Как дела? – спросил я, присаживаясь за его столик.
Он принес по сто граммов в пластмассовых стаканчиках и закурил. Я кивнул собаке и она улеглась у моих ног.
Сколько же мне довелось помучиться с ней на Кавказе!
В 1995 году меня взяли в правительственную газету. Перед утверждением на редколлегии я долго бродил по респектабельной редакции, читая от нечего делать вывешенные объявления. «Если вы хотите отдохнуть на Борнео, Лазурный берег, Карибские острова» Какие «острова», какой «берег»?! Куда я сенбернара дену?!
Но вот окончилась редколлегия, и мне сказали: «В Чечню!» Тут уж отказываться не по-мужски. Скажут, струсил. А с этого начинать работу на новом месте никак нельзя.
Сенбернар лег между воротами и автомобилем, и в его глазах застыл весь ужас собачьей тоски от неминуемой разлуки с хозяином.
Признаюсь, и у меня на душе было скверно. Ведь растил его словно малое дитя. И вот в последний момент непроизвольно вырвалось:
– Корф! В машину!
Пес задрожал от счастья и запрыгнул на заднее сиденье. С ним носятся в Москве. Быть может, полюбят и в Грозном?
Я ошибался. Оказывается, по мусульманским законам собаку нельзя держать в доме. В Нальчике чуть не убили в кафе, в Назрани не пустили в гостиницу, в Грозном едва не разорвали на базаре. Бог спас! Но здесь-то, в Москве, мы – дома!
Однако сейчас в «Презервативе» появление сенбернара вызвало глухой ропот среди азербайджанцев за соседним столиком. Правда, у меня сложилось впечатление, что им требовался любой повод, чтобы придраться.
У меня и в мыслях не было связывать этот инцидент со стремлением захватить мою квартиру.
– Убери собаку! – истерично закричал один из кавказцев.
Интересно, чем ему не угодил мой добродушный увалень?
– Извините, – сказал я, – мы никого не трогаем.
Внезапно азербайджанец выхватил нож, блеснуло лезвие и уткнулось мне прямо под сердце.
(Продолжение следует)

Максим Толстой

Похожие записи
Квартирное облако
Аналитика Аренда Градплан Дачная жизнь Дети Домашняя экономика Доступное жильё Доходные дома Загородная недвижимость Зарубежная недвижимость Интервью Исторические заметки Конфликты Купля-продажа Махинации Метры в сети Мой двор Молодая семья Моссоцгарантия Налоги Наследство Новости округов Новостройки Обустройство Одно окно Оплата Оценка Паспортизация Переселение Подмосковье Приватизация Прогнозы Реконструкция Рента Риелторы Сад Строительство Субсидии Транспорт Управление Цены Экология Электроэнергия Юмор Юрконсультация