Московская жилищная газета

Жилищное право

Опубликовано на сайте: 19 июля 2007 г. 15:07
Публикация в газете: №29 (652) от 19 июля 2007 г.

«Сдайте ее в детдом!»

«Сдайте ее в детдом!»

В номере 21 от 24 мая 2007 года в статье «Куда вернется сирота?» мы рассказывали о московской девочке Оксане, в одночасье лишившейся родителей. Напомним вкратце историю. Семья жила в общежитии фирмы «Уют» Моспромстроя. В один несчастный день мать упала на улице в канализационный люк и погибла. Вскоре от горя умер ее муж. Сиротами остались две дочери – только что достигшая совершеннолетия Наталья и маленькая Оксана.

После расселения общежития Наталье была предоставлена однокомнатная квартира и поручена опека над младшей сестренкой. Вроде бы все прекрасно. И как нам сообщили в органах опеки и попечительства при муниципалитете Южнопортового района, никто не отбирает у Оксаны права на московскую квартиру. Когда она станет совершеннолетней – получит. А пока – по закону должна проживать с опекуном. Сейчас им является не старшая сестра девочки, а бабушка – Любовь Чечерина. Оксана живет с ней в Брянске.

Суд да дело

По акту обследования жилищных условий в квартире Натальи, который составили органы опеки и попечительства, препятствий в квартире для проживания Оксаны не нашлось. Вскоре после нашей публикации состоялся суд, на котором акт был признан неудовлетворительным. И органам опеки Южнопортового района было предложено его переделать...

Тем временем приехала из Брянска бабушка Любовь Чечерина, на попечении которой сейчас находится Оксана. И рассказала некоторые подробности мытарств своей внучки.

У Любови Чечериной были две дочери – Валентина и Татьяна. После смерти Валентины Татьяна дала согласие взять осиротевшую племянницу к себе. И женщины отправились по инстанциям оформлять опекунство. Чего они там добились?

«Татьяне сказали: зачем она тебе нужна? – пишет в письме в редакцию Любовь Чечерина. – Она разделит твои углы. Таня больше и не заикнулась об опекунстве».

Трудно сказать, что имели в виду сотрудники органов опеки, когда говорили о «разделении углов». Но факт остается фактом: опекуном девочки могла стать ее тетя, взрослая разумная женщина, имеющая детей и работу. А стала в итоге – старшая сестра, которая на тот момент нигде не училась и не работала.

Так получилось, что смерть родителей почти совпала с началом расселения общежития. И вот старшую дочь Наталью начали – иначе и не скажешь – запугивать.

«Мы пришли с Наташей в фирму «Уют» Моспромстроя (где работала погибшая Валентина и в общежитии которой проживала семья. – Прим. ред.), – рассказывает бабушка. – Хотели получить двухкомнатную квартиру, которая полагалась Валентине. Наташе сказали: отдай метрики Оксаны, а иначе мы тебя отправим в общежитие за пределы Москвы. Наташа очень плакала, она испугалась, что ее переселят в общежитие, и дала метрику. Оксану зарегистрировали в эту однокомнатную квартиру».

Сюрреалистическая история, правда? Но представьте себе двадцатилетнюю девушку, у которой еще несколько недель назад были родители и которая неожиданно оказалась одна-одинешенька. Тут чему угодно поверишь.

Выселение из общежития, по словам Любови Чечериной, происходило так. Дождавшись, когда бабушка выйдет на улицу, паспортистка и инженер вышвырнули Оксану из общежития и закрыли дверь. На все мольбы и просьбы открыть и позволить им взять одежду ответа они не получили.

Как меняются опекуны

После этого выселения Любовь Чечерина отправилась в органы опеки и попечительства Южнопортового района просить разрешения на опекунство. Ее отправили проходить медкомиссию в родной город – Брянск. Бабушка обернулась за пять дней, но было уже поздно – опекунство отдали Наташе.

Однако в один из своих приездов бабушка обнаружила, что ребенок совершенно неухоженный, в волосах – вши. И увезла ее к себе в Брянск. А дальше начался цирк. Обратимся снова к словам бабушки: «Ребенок со мной, опекунство у Наташи, деньги тоже у нее. Я тысячу раз обращалась в органы опеки и попечительства, говорила, что ребенок находится со мной. Однако опека отвечала, что, по их сведениям, ребенок живет у Наташи, накормлен, холодильник забит едой. И только когда я привезла документы, подтверждавшие, что Оксана ходит в детский сад в Брянске, опекунство отдали мне».

То есть в течение года Наташу регулярно «проверяли» и писали отчеты о том, что все в порядке, что Оксана ходит в московский детский сад. А она в это время жила в Брянске с бабушкой!

Итог? Опекунство у Натальи отобрали, отдали бабушке. И теперь возникает вопрос: где будет жить Оксана по достижении совершеннолетия? И почему при расселении общежития дали жилплощадь с расчетом только на Наталью? У которой, кстати, теперь уже есть и муж, и ребенок – все в этой самой однокомнатной квартирке.

Хочется низко поклониться Любови Чечериной. Не послушав никого, когда все – в том числе и органы опеки – в один голос твердили: «В детдом ее!» – она стала растить Оксану на свою пенсию. Да еще пошла работать на рынок, моет там загаженные полы – только чтобы девочка была одета, ездила на экскурсии и хорошо училась. Пособие по опеке откладывает: пригодится дальше образование получать. Только вот боится бабушка: «Жить ребенку негде, будет бомжем», – сетует она.

Яна Маевская

МНЕНИЕ ЮРИСТА Как и потребовал суд, недавно акт обследования жилищных условий в квартире Натальи был составлен заново. Но изменило ли это что-нибудь? Юрист движения «За права человека» Татьяна Волкова новым актом недовольна: – Во-первых, акт не содержит никаких выводов о пригодности квартиры для проживания ребенка-сироты вместе с опекуном. Что обязательно по ч. 2 статьи 36 ГК РФ. Во-вторых, в акте не отражен тот факт, что Наталья была отстранена от обязанностей опекунства. А ведь по закону вселение ребенка в квартиру, где проживает отстраненный от опекунства человек, невозможно. Нет ни слова о том, что у ребенка отсутствует место для занятий. Не выделены спальные места для ребенка и нынешнего опекуна, не определено, какие места им выделяются на кухне. Словом, акт – ни о чем. Татьяна Волкова намерена довести дело до конца. Добиться наконец гарантий того, что к совершеннолетию Оксана получит собственную жилплощадь.

Другие статьи на тему: Жилищное право

  • Власти против аварийности
    В России порядка 16 млн. кв.м. жилого фонда является аварийным. Из них около 10 млн. приходится на многоквартирные дома. Однако нередко так бывает, что здание, очевидно непригодное для проживания, официально к таковым не относится. Следовательно, не приходится мечтать о переселении из него в нормальные условия. Какие же усилия необходимо предпринять, чтобы признать жилье подлежащим сносу или реконструкции, и на что можно рассчитывать в таком случае?
  • Москва наступает
    Снесут ли ваш загородный дом или дачу чиновники при наступлении новой Москвы на бывшее Подмосковье, присоединенное к столице? Или вы получите компенсацию, которая не покроет и малой доли потерь? Что делать собственникам, чтобы не потерять свое кровное, как опереться на закон, который вас выручит?
  • Какой статус – такое и право
    Остался вдовцом с двумя детьми. В связи с этим теща продала свою квартиру в другом городе и приехала ко мне помогать воспитывать внуков. Я ее прописал на постоянное жительство, но теперь не знаю, будет ли это считаться ухудшением жилищных условий и не вычеркнут ли меня при этом из очереди на жилье. Что можно сделать, чтобы ничего не потерять?
    Станислав Бережной
  • Если дом оказался вдруг...
    Зимой нередко вскрываются изъяны, допущенные при строительстве нового дома, на которые первоначально мало кто из новоселов обращает внимание.
  • Верни, я все прощу...
    Mуж с женой прожили вместе много лет, сейчас в разводе. Муж жил на жилплощади жены без «прописки» (квартира приватизирована). Все эти годы жена не работала, семью содержал муж, он же платил за коммунальные услуги, делал ремонт. Может ли муж претендовать на какую-либо компенсацию своих затрат?
    Александр Ереемев