Московская жилищная газета

В гостях у звезды

Опубликовано на сайте: 21 июня 2007 г. 08:52
Публикация в газете: №25 (648) от 21 июня 2007 г.

Александра Захарова: «Покупать старую мебель боюсь»

Александра Захарова: «Покупать старую мебель боюсь»

Народная артистка РФ Александра Захарова родилась в актерской семье. В пору, на которую приходится ее детство, Марк Анатольевич Захаров – папа – еще не был народным артистом СССР и режиссером самого успешного на сегодня театра страны.

Шоколадное детство

– Саша, каким вспоминается детство?

– Мое детство – это волшебный запах шоколада... Родилась в районе Ордынки между Пятницкой и Монетчиковским переулком. Район старой Москвы с маленькими домами, с кривыми улочками, невысокий, двухэтажный. Жили в доме, где теперь обитает младшая мамина сестра. Жили большой семьей в маленькой квартирке – я, мама, папа, мамина сестра и бабушка.

Напротив дома стояла фабрика «Рот-Фронт», тогда это было еще двухэтажное красного кирпича здание, небольшое и совершенно очаровательное. В самой ауре места было что-то «вневременное» – будто из старых пьес Островского. На фабрику регулярно привозили какао-бобы для производства шоколада. И весь район пропах этим шоколадом.

Женщины с фабрики бросали нам, ребятне, собиравшейся во дворе, из окон конфеты – «Мишки», «Трюфели»... Это был совсем другой по вкусу шоколад. Хотя, наверное, все тогда было другим – и деревья большими, и кинотеатр «Пушкинский» казался волшебным хрустальным замком. Сегодня, когда иду в Ленком, смотрю на кинотеатр и удивляюсь – ну что в нем было такого хрустального?

Много времени проводила с бабушкой – родители часто уезжали на гастроли. А, возвращаясь, спешили исполнить родительский долг – вели развлекаться. Как-то поехали на ВДНХ. Родителям, видимо, так хотелось компенсировать мне все недоданное внимание, так взболтать на каруселях, чтобы я наконец почувствовала себя абсолютно счастливой и удовлетворенной. Я так накаталась, что стало плохо. Голова кружилась, даже идти не могла – казалось, меня пропустили через миксер. Зато родители были довольны.

И сад Эрмитаж

– Как складывались отношения во дворе?

– Играли в салочки, в прятки. Самое главное, что у нас был двор. Понимаете: в моем детстве существовали дворы!!! Сейчас их нет, детям негде играть.

– Вы из тихонь или хулиганка?

– Думаю, этот вопрос лучше задать родителям. Помню, когда было шесть–семь лет, мы переехали в первый актерский кооператив на пересечении улицы Чехова (где стоит Ленком) и Садового кольца. Там построили три башни, одна из которых называлась «кооператив «Тишина». Смешное название, особенно если учесть, что шум от ревущего Садового кольца доставал нас и днем, и ночью.

В кооперативе поселились многие известные актеры из разных театров – и Каневский, и Вертинская, и Демидова... Легче перечислить тех, которые там не жили. У нас на этаже была девочка, ее тоже звали Саша. Маленькая Александра Лебедева была внучкой знаменитого онколога Минца. В ту пору у нас с ней была некая игра: «кто грязней придет домой». Представляете состояние наших родителей?!

– У вас было любимое место для прогулок?

– Часто ходили гулять в сад Эрмитаж. Там стоял замечательный деревянный театр со знаменитыми петухами. Когда театр ломали, многие актеры плакали. Приехал бульдозер... и уникальное сооружение, построенное без единого шурупа, без единого гвоздя, – раз! – было снесено.

Родители часто играли и в этом театре. В нем в то время работали многие известные эстрадные актеры. Например, Аркадий Райкин.

Мама тогда работала в Театре миниатюр, где некоторое время работал и папа. Утром мы шли на репетицию, потом мама говорила, что у нас начинается «светская жизнь», и мы отправлялись обедать в ресторан «Русалочка» – он находился в саду Эрмитаж.

По этому саду любил гулять Утесов. Родители с ним общались. А мы, естественно, не понимали, что видим живую легенду. Утесов ходил один, никакой охраны, никто не кидался к нему брать автограф.

– Саш, из каких слагаемых складывалась персональная формула комфорта тогда, в детстве, и сейчас?

– Я раньше играла в «Чайке» Нину Заречную. В пьесе есть такая фраза: «Как здесь хорошо, тепло и уютно». Вот это и есть, пожалуй, формула комфорта. Уют – это, наверное, то самое «шоколадное» детство. Это то тепло, с которым принимали меня актеры Театра миниатюр, когда там работала мама, а я была совсем маленькая. В Театре миниатюр было много талантливых людей – и Владимир Высоцкий, и великий Енгибаров, и много-много других замечательных артистов.

Люблю модерн, но...

– Марк Анатольевич как-то рассказывал мне, что предпочитает мебель стиля модерн. А вы? Вы ведь живете отдельно от родителей?

– Да, с отцом живем в разных квартирах. Когда родители построили эту квартиру, а затем получили на Тверской, стиль модерн действительно был их любимым. Но тогда, например, сервант в стиле модерн стоил 35 рублей. Покупали мебель за гроши. Сейчас цены немыслимые, не могу, например, себе позволить многое из того, что нравится.

Откровенно говоря, немного боюсь старых вещей и их энергетики. Старых кроватей, кресел. Родители мебель покупали давно, и она уже впитала их настроение, их мысли. А вот сейчас покупать старую мебель не решусь. Вхожу иногда в антикварный магазин и понимаю, что вещь можно отреставрировать и она будет замечательно выглядеть. Но представляете, она могла принадлежать семье, где люди тоже строили что-то, покупали, создавали, созидали. А потом эта семья разрушилась – ведь история нашей страны страшная. Соприкасаться с негативной энергией пока не хочется. Не знаю, может, я не права... Хотя очень хорошо отношусь к таким вещам, как старые стол или шкаф. Но вот кровать, диван, кресла должны быть, по-моему, новыми.

Хотя сам стиль модерн – изумительный, стройный.

– Вы сами придумывали интерьер дома или приглашали дизайнера?

– Нет-нет, дизайнер – это чужой человек. Со своими мыслями, взглядами на жизнь. Мой главный дизайнер в жизни – это Марк Анатольевич. И мама, конечно. Они меня родили, прививали вкус.

Есть люди – подарок

– Как вспоминается первая влюбленность? Это было в детском саду?

– Нет-нет, в детский сад я никогда не ходила, была ребенком закулисным. С отцом работало много талантливых людей, которые приходили в дом. Андрей Миронов приходил, Тарковский, Астафьев... Андрей Александрович Миронов появлялся всегда, как лучик света, как мечта... Он был подарком! Думаю, что он знал про себя, что он – ПОДАРОК. И держался соответственно, старался отдать какое-то тепло, обласкать, сказать что-то доброе, хорошее... Это был удивительный человек. Конечно, и я была в него немножко влюблена. Но это, скорее, влюбленность в актера как в личность. Можно полюбить лучик света или солнечный зайчик? Можно, наверное.

– Какие праздники отмечались в семье?

– Например, Новый год мы всегда встречали в ЦДЛ или Доме актера. Там были сумасшедшие, потрясающие капустники. Приезжали «капустные» бригады из Ленинграда. Помню, как на каком-то празднике в ЦДРИ на спор танцевали танго две пары: Сичкин – Гурченко и еще кто-то... Это было потрясающе!

– Какие блюда ставились на семейный праздничный стол 1 января?

– Мама роскошно готовит. Ели какие-то бесподобные жульены, она запекала кабачки с каким-то экзотическим соусом, грецкими орехами, травами. Это было очень вкусно. Но редко! Зато мы были завсегдатаями кулинарии ресторана «Прага». Там пекли очень вкусный пражский торт. Потом то же самое было в «Пекине». А сейчас некогда заехать туда. Да и продукты, кажется, тогда были другие...

– Ну да, ну да. И деревья выше...

– И кинотеатр хрустальный! Были какие-то корзиночки с салатом, которые могла съесть с десяток. Никто не сидел на раздельном питании...

– А вы придерживаетесь раздельного питания?

– Да Боже упаси! Существует одна-единственная диета: есть надо меньше. Стараюсь не есть свинину и прочих жирных продуктов.

Ну, папенькина дочка, и что?

– Родители не сопротивлялись, когда вы решили поступать в театральный?

– Конечно, они мечтали, чтобы я выбрала другую профессию.

– Знаю, что более десяти лет вы проиграли в массовке. Носили табуретки в «Тиле», пока однажды за кулисами в темноте вас случайно не двинули одной из них по голове. После чего написали заявление об уходе. Но и на роль «Офелии» – первую главную роль – позвал не отец, а Глеб Панфилов, который ставил в Ленкоме «Гамлета».

– Да, так оно и было. Но и Евгений Павлович Леонов первые десять лет жизни провел в массовке. Жалко? Жалко... Это была определенная школа, так сложилась жизнь. Никого не обвиняю, не ропщу, но жалко, что многое не сыграно. Потому что жизнь очень коротка, быстротечна, в жизни ты за все платишь – и за хорошее, и за дурное.

– Ведь после окончания Щукинского вас приглашали пять театров, но пошли вы в Ленком, хотя и отговаривали... Не жалеете?

– Раньше об этом не говорила, но действительно приглашали к себе пять режиссеров, среди которых был Гончаров. Но я посмотрела спектакли Марка Анатольевича и заболела ими. Я всегда хотела работать только с ним!

– А какие еще пережили театральные потрясения?

– В детстве смотрела спектакль Эфроса «Брат Алеша». Помню, стояла в углу и плакала, никак не могла прийти в себя. Потряс монолог Льва Константиновича Дурова.

– Довольны тем, как складывается творческая биография?

– Грех жаловаться. Только что играли «Чайку», где я – Нина Заречная. Играю в «Женитьбе Фигаро» графиню. В «Шуте Балакиреве» – Екатерину. В «Варваре и Еретике» – Полину. В спектакле «Ва-банк» («Последняя жертва» А. Островского) – Юлию Павловну. Сейчас мы начали репетировать «Женитьбу» Гоголя. Это прекрасные роли.

– Такие разные образы, характеры. Как работаете над ролью, чтобы не повторяться?

– Знаете, у нас – хороший режиссер. Можно быть великолепным актером, но если не попадешь на своего режиссера, то ничего не будет. Когда уходит такой режиссер, как Товстоногов, не остается театра, какие бы звезды в нем ни работали, какими бы прекрасными актерами они ни были!

– Наверняка вас упрекали: мол, дочка Захарова, все ей на блюдечке с голубой каемочкой... Трудно ли быть дочерью знаменитого отца?

– Согласитесь: ведь не всегда природа отдыхает на детях талантливых людей. Подтверждение тому – Алиса Фрейндлих, Константин Райкин, Андрей Миронов. Да, меня до сих пор попрекают тем, что я дочь Марка Захарова. Раньше болезненно реагировала на это, но сейчас стало все равно. У меня собственная интересная жизнь, впереди, надеюсь, – какие-то роли. И у меня сейчас тот возраст, когда приобрела пусть и небольшие, но навыки в профессии.

– Уж больно вы скромны для человека, получившего знание народной, когда еще не было и сорока...

– Каждый раз бьет колотун перед выходом на сцену. А что касается разговоров... Кто-то сказал: «Все заметки хороши, кроме некрологов. Лишь бы говорили, лишь бы не молчали...»

– А вот интересно, хвалят ли родители?

– Родители – очень строгие критики. Самые строгие. Но у них есть замечательное качество – одно на двоих: когда меня ругает Марк Анатольевич, то тут же начинает хвалить мама. Когда мною недовольна мама, поддерживает Марк Анатольевич.

О яблочке – но не том, что падает рядом...

– Ваши отношения с землей: есть ли дача?

– Есть, но появилась недавно. Посадила вокруг дома двадцать пять берез. Сама! И очень этим горжусь.

– Как к вам попал фокстерьер Луша?

– С детства мечтала о собаке и однажды, придя из школы, заявила, что если мне ее не купят, выброшусь в окно. Мама в панике побежала в школу, где ее успокоили опытные педагоги: «Нина Тихоновна, у нас же на каждом окне решетки!». Но фокстерьера в итоге купили, и я заболела этой породой. Эти собаки любят ходить у норы, и там принимают решения самостоятельно. Порода, не слишком-то зависящая от человека, могут даже уйти от хозяина, если что-то в нем не понравится.

Та моя первая собака трагически погибла. Долгое время не хотела брать другую. Но жизнь без собаки – не жизнь. Так у нас появилась Луша, и это был снова фокстерьер. Когда забирала ее, пообещала хозяевам, что буду ездить с Лушей «на норы». Но грешна, ни на каких норах в лесу до сих пор еще не была. А знакомство наше произошло так. Мне ее принесли, сказали: «Саша, если собака как-то не приглянется, лучше не бери, еще поищем». Но едва я вошла в комнату, как Лушка прыгнула ко мне на колени и всю облизала.

– Теперь, наверное, принимаете участие в разных собачьих выставках и конкурсах?

– Однажды позвонили и сказали, что Луша так породиста, что непременно должна принять участие в выставке юниоров. Юниоров в тот раз оказалось двое – Луша и ее сестра. Мы заняли второе почетное место! Я так расстроилась, что позвонила и с горя начала плакать в жилетку родителям, которые сразу сказали, что именно они обо мне и всей этой истории думают. Луша тоже расстроилась, и больше в выставках мы не участвовали, решив для себя, что мы и так единственные и неповторимые! Это правда: Луша – собака феноменального ума... Как-то сидели на даче на втором этаже, и Луша приставала к Марку Анатольевичу, пока он не выдержал. «Луша, – сказал он, – ну сходила бы, яблочко принесла, что ли...» Луша ушла на первый этаж и вскоре вернулась с яблоком – огромным, но напоминающим сморщенную курагу. Не знаю, где уж она его раздобыла.

Хочется пожить, как Обломов

– Саша, а где мы можем увидеть вас в ближайшее время?

– Всеволод Шиловский сделал несколько двухсерийных детективных историй, которые называются «Полиция Хакайдо». Снимали в Японии. В одной из картин играю главную злодейку. Фильм сейчас в монтаже.

– Любите бродить по Москве?

– Москва для меня – это Замоскворечье. Москва – очень красивый город, лишь бы только он весь не провалился под землю из-за последних градостроительных проектов.

– Где отдыхать собираетесь?

– Мечтаю поехать на море, поплавать. На съемки в Японию летели через Южно-Сахалинск. Купалась в Охотском море. Оно ледяное. Но как было не войти? Подумала, может, никогда уже больше не доведется побывать в этом краю... Еще мечтаю, что буду вставать с рассветом (то есть на два часа раньше), ездить в спортивный клуб и плавать в бассейне. Вот только Обломов – мой самый любимый литературный герой. Книгу прочитала еще в детстве, произвела неизгладимое впечатление – утро у них там в деревне начиналось с чаепития, и они рассказывали друг другу, что кому приснилось... И это – замечательно. А его образ жизни – моя несбыточная мечта (смеется).

Елена Курбанова

НАША СПРАВКА

Александра Марковна Захарова – выпускница Высшего театрального училища им. Б. В. Щукина при театре им. Евг. Вахтангова (курс Ю. В. Катина-Ярцева). В 1983 г. была принята в труппу театра Ленком, где сыграла ряд эпизодических ролей. Известность к актрисе пришла после роли Александры Рукояткиной в телевизионном фильме «Криминальный талант». Первая серьезная роль в театре – Офелия в «Гамлете» в 1986 г. Далее последовали роли в спектаклях «Поминальная молитва», «Чайка», «Безумный день, или Женитьба Фигаро», «Шут Балакирев». А. Захарова успешно снималась во многих фильмах: «Дом, который построил Свифт», «Формула любви», «Убить дракона», «Заложница», «Серые волки», «Невеста из Парижа», «Падение», «Приговор», «Призрак дома моего» и др.

Другие статьи на тему: В гостях у звезды

  • Александр Михайлов: «Я душой все равно архитектор»
    Когда любимцу миллионов зрителей, народному артисту России исполнилось 65, с юбилеем его поздравил президент Дмитрий Медведев и подчеркнул: «Творчество Александра Михайлова – одно из лучших среди наследия российских актеров. Талантливо сыгранные им герои стали близки и дороги представителям разных поколений».
  • Федор Конюхов: Главная моя крыша – небосвод
    Он опять в путешествии. 1 января улетел в Новую Зеландию, где стоит его яхта. Оттуда курс на Фолклендские острова вокруг мыса Горн. После морского путешествия – сухопутная экспедиция через монгольскую пустыню Гоби на верблюде по Великому шелковому пути в Калмыкию... Мы разговариваем в тот редкий момент, когда Федор Конюхов на родине.
  • Александр Збруев: «Люблю ощущать тишину в себе и вокруг»
    В минувшем году народный артист России Александр Збруев отметил свое 70-летие. Человек немного замкнутый, он редко появляется на публике вне сцены, отказывается от работы в сериалах, не снимается в рекламе. Между тем любовь зрителя к нему не иссякает. А само имя актера служит знаком качества того «продукта», который выходит на экраны или появляется на подмостках театра, если Александр Викторович принимает участие в его создании.
  • Наталия Лаптева: «И тогда комиссия сказала: «Это некерамично!»
    Так уж сложилось исторически, что в районе Мясницкой всегда располагались мастерские художников. Здесь работали Василий Поленов, Алексей Саврасов, тут находится училище живописи. И нам весьма приятно входить в мастерскую, что находится в переулке с истинно московским названием – Кривоколенный. Улыбается хозяйка, художник-керамист Наталия Лаптева, улыбаются и играют всеми цветами ее многочисленные изделия.
  • Юрий Яковлев: «Начинать пришлось сразу с Шекспира»
    «С ним радостно на сцене. Он молниеносно реагирует на любой нюанс партнера, мгновенно подхватывает зазвучавшую в тебе ноту и присоединяется к ней. Он кажется летящей птицей, которой не надо контролировать свой полет, подсчитывать, сколько усилий нужно для взмаха крыла, – говорит о своем партнере народная артистка СССР, знаменитая принцесса Турандот Юлия Борисова. – Он «летит» плавно, свободно, мощно, исполненный радостью бытия, даря эту радость людям».