Московская жилищная газета

Жилищное право

Опубликовано на сайте: 03 мая 2007 г. 03:52
Публикация в газете: №18 (641) от 03 мая 2007 г.

Право на ключ

Наверное, это была любовь. Луна светила им, проплывая над Москвой-рекой, и для них пели соловьи в Нескучном саду. Он становился перед ней на колени. Лунное сияние и трели пернатых певцов, видимо, настолько ослепили и оглушили их, что они решили забыть про свое прошлое и начать новую жизнь. С чистого листа.

У отчима тяжелая рука

Увы, как ни прискорбно, прошлая жизнь была. У Виктории Козловой (имена и фамилии изменены), высокой женщины с одухотворенным лицом, преподавателя музыки, был сын от первого брака. У Андрея, маляра-разнорабочего, как потом выяснилось, были две «бывших» и две дочки. Все – битые бывшим супругом и отцом, а ныне нежным поклонником Виктории «Двушку» Вика и Андрей купили, еще будучи женихом и невестой, – через три месяца после подачи заявления в ЗАГС и за три дня до штампа. Прожили в ней недолго – обменяли с доплатой на трехкомнатную квартиру в том же районе. По обоюдному согласию супругов квартиру записали на мужа: Виктории это казалось естественным – он глава семьи!

Тем временем Андрей, два года пролежав на диване, пошел работать охранником. Начал выпивать. И бить. Ударил раз – простила. Второй раз – простила. Наконец Виктория поняла: надо разводиться. Тем более, что благоверный поднял тяжелую пьяную руку на пасынка. Мальчик получил сотрясение мозга. Тушинский районный суд признал Андрея виновным в истязаниях жены и ребенка, но срок дал условный и оставил жить с ними в одной квартире. Фактически квартира была превращена в коммунальную.

При разводе имущество супруги не делили. Как оказалось – зря.

Шампанского! И баб переменить!

Разумеется, жить под одной крышей у них не получилось. В 2003 году Вика была вынуждена обратиться в суд с требованием о вселении – бывший муж выгнал ее из дома, приходилось скитаться по знакомым. Кроме иска, подала ходатайство о наложении ареста на квартиру. Судья Татьяна Андреева решение о вселении в квартиру приняла, а ходатайство проигнорировала, и ареста на квартиру наложено не было. Поэтому не было ничего удивительного в том, что пока шел суд, экс-супруг квартиру продал...

Что дальше?

Сделку зарегистрировали в Зеленограде, без письменного согласия бывшей жены собственника, хотя регистраторы должны были подобной «мелочью» поинтересоваться. И без письменного же согласия органов опеки, которое в те времена еще было обязательным. Заметьте, тогда действовал старый Жилищный кодекс, который уважал права бывших членов семьи собственника. Но решение суда: вселить Викторию – так и осталось неисполненным. Сменился ответчик. Квартира-то продана!

Что ж, Виктория опять обратилась в Тушинский районный суд, на этот раз с иском о признании за ней права собственности на часть квартиры и о признании недействительности сделки.

А произошло вот что.

Ходатайство об аресте на сей раз удовлетворили, но это не помешало владельцу разделить ее на части и продать! Одну четверть – Ольге К., три четверти – Светлане К. Причем процесс деления очень быстро приобрел термоядерную силу: несчастные три комнатенки дробили на доли и, не обращая внимания на аресты, судью и Викторию, продавали и перепродавали...

Судья Татьяна Андреева отказалась отменить эти странные сделки. Она также отказалась признать за Викторией право собственности на часть квартиры. И вновь вынесла решение о вселении. Но – не определила порядок пользования квартирой.

Виктории попробовала там пожить. Буквально через день в ужасе бежала. Новые собственники – а их, как мы уже знаем, набрался целый кагал – решили «развеселить» свою жиличку. Притащили выпивку, заказали девушек. И то, и другое стали щедро предлагать сыну Виктории. Мать и мальчик, не оценив «радушия», в панике бежали. Бежали, чтобы вновь скитаться по судам и знакомым.

Курс – на Страсбург

К делу подключилась юрист Татьяна Волкова, работающая в движении «За права человека». Сейчас на квартиру наложен арест, судья взяла самоотвод... Татьяна перечисляет юридические ляпсусы, которые лежат на поверхности, – это и непризнание права собственности Виктории на часть квартиры, приобретенной во время брака. И полное молчание органов опеки в то время, когда квартира с несовершеннолетним ребенком дважды продавалась. Плюс не удовлетворенное ходатайство о наложении ареста на квартиру, в результате чего она была дважды продана. Плюс заведомо неисполнимое решение о вселении в квартиру, битком набитую развеселыми шутниками.

Шутники-то как раз и отменили решение суда о вселении Виктории в квартиру. Как? Да очень просто – новый демократичный и либеральный Жилищный кодекс делать это разрешил (не верите – читайте 31-ю статью ЖК). В результате на улице оказываются тысячи бывших жен и детей. Гуманный суд принимает не менее гуманное решение о вселении, но дальше собственник продает квартиру и – крибле-крабле-бумс! – исполнение решения о вселении прекращается.

Итак, после суда владельцы в очередной раз продали квартиру. И записали в договоре купли-продажи: «право пользования вышеуказанной квартирой сохранялось на основании решения Тушинского районного суда г. Москвы, вступившего в законную силу 1 сентября 2005 года, до 14 ноября 2005 года». А ведь никаких сроков суд не ставил. И договор был спокойно зарегистрирован. Заметьте: в реестре собственности «обременения» в виде жильцов никогда не регистрируют. В результате добросовестный приобретатель не может знать, что в его «теремочке» кто-то уже живет.

– Чего вы сейчас пытаетесь добиться? – спросили мы у Татьяны и Виктории. – Хотите пересмотреть решение суда, добиться раздела имущества? Ведь Виктории принадлежит половина квартиры.

– Нет, поздно, – вздыхает Татьяна. – Суд кассационной инстанции оставил решение Тушинского суда в силе, теперь можно попробовать отменить указанное решение в порядке надзора. Либо пересмотреть дело по вновь открывшимся обстоятельствам. Но шансов, могу признаться, мало. А потому хочу довести это дело до Страсбургского суда. Хочу добиться для Виктории и ее сына статуса «постоянного арендатора» или «защищенного квартиросъемщика», который существует не только в том же городе Страсбурге, но и во многих регионах Европы. У нас, в России, такие люди де-факто есть, но де-юре их нет. Надо создать прецедент.

Оказывается, в Европе существуют такие понятия, как «право на ключ» и «защищенный квартиросъемщик». Именно из-за этого права европейские квартировладельцы стараются заключить договор с жильцами только на год. Если человек прожил на одном месте два года, считается, что он «пустил корни» и приобрел статус привилегированного жильца. С ним нельзя расторгнуть договор без его согласия, ему нельзя необоснованно повышать квартплату. Более того, такой человек может свое «право на ключ» продать, подарить, передать по наследству.

Если уж у нас в стране появились бывшие члены семьи, которых, согласно букве нового Жилищного кодекса, вышвыривают на улицу, может быть, дать им «право на ключ»? Дать статус «защищенного квартиросъемщика»?

И, разумеется, регистрировать это обременение в Едином государственном реестре прав!

Яна Маевская

Другие статьи на тему: Жилищное право

  • Власти против аварийности
    В России порядка 16 млн. кв.м. жилого фонда является аварийным. Из них около 10 млн. приходится на многоквартирные дома. Однако нередко так бывает, что здание, очевидно непригодное для проживания, официально к таковым не относится. Следовательно, не приходится мечтать о переселении из него в нормальные условия. Какие же усилия необходимо предпринять, чтобы признать жилье подлежащим сносу или реконструкции, и на что можно рассчитывать в таком случае?
  • Москва наступает
    Снесут ли ваш загородный дом или дачу чиновники при наступлении новой Москвы на бывшее Подмосковье, присоединенное к столице? Или вы получите компенсацию, которая не покроет и малой доли потерь? Что делать собственникам, чтобы не потерять свое кровное, как опереться на закон, который вас выручит?
  • Какой статус – такое и право
    Остался вдовцом с двумя детьми. В связи с этим теща продала свою квартиру в другом городе и приехала ко мне помогать воспитывать внуков. Я ее прописал на постоянное жительство, но теперь не знаю, будет ли это считаться ухудшением жилищных условий и не вычеркнут ли меня при этом из очереди на жилье. Что можно сделать, чтобы ничего не потерять?
    Станислав Бережной
  • Если дом оказался вдруг...
    Зимой нередко вскрываются изъяны, допущенные при строительстве нового дома, на которые первоначально мало кто из новоселов обращает внимание.
  • Верни, я все прощу...
    Mуж с женой прожили вместе много лет, сейчас в разводе. Муж жил на жилплощади жены без «прописки» (квартира приватизирована). Все эти годы жена не работала, семью содержал муж, он же платил за коммунальные услуги, делал ремонт. Может ли муж претендовать на какую-либо компенсацию своих затрат?
    Александр Ереемев