Московская жилищная газета

В гостях у звезды

Опубликовано на сайте: 09 декабря 2004 г. 13:24
Публикация в газете: №49 (516) от 09 декабря 2004 г.

Павел Любимцев: «С ужасом думаю, что опять надо что-то делать в квартире»

Павел Любимцев: «С ужасом думаю, что опять надо что-то делать в квартире»

В этот дом, построенный еще где-то в начале двадцатого века, родители Павла Любимцева переехали году в 65-м, когда будущий «натуралист» учился во втором классе. Вся его сознательная жизнь прошла в этой полуподвальной квартирке на первом этаже в огороженном со всех сторон жилыми строениями дворике чуть в глубине от шумного и загазованного проспекта Мира.

– Павел, столько лет жить на проспекте Мира и не стремиться отсюда уехать, – по-моему, это подвиг… – Ну что вы! Хоть это и проспект Мира, но когда летом входишь в наш двор, то сразу ощущаешь совсем другой воздух. А квартира… Мы не так давно здесь сделали ремонт: сменили обои, обновили потолки. Но как вы видите, все обваливается. В такой старой квартире уже бесполезно что-либо делать. Но мне здесь нравится. И когда бываю в дальних странах, меня все равно тянет сюда. За что еще Павел Любимцев любит свое обиталище, так это за то, что здесь спокойно можно играть на рояле, и недовольные соседи не будут то и дело стучать в стены. Нет, сам Павел на музыкальных инструментах не играет и даже не поет, хотя родители у него и музыканты. Зато половину одной из небольших комнат квартиры действительно занимает старинный рояль, на котором играет 82-летняя мама – Берта Львовна, педагог «Гнесинки». Здесь же по всей комнате стопками разложены многочисленные ноты матери и книги сына. – Судя по горам всевозможной литературы, вы заядлый книгочей? – Никогда не жалел тратить деньги на книги, но всему есть предел. И прочитать все невозможно, а при моей разбросанной жизни в последнее время на чтение и времени не хватает. Читаю больше специальную литературу – то, над чем работаю. В основном по зоологии. Тем не менее свободными от книг в комнате остаются только два кресла и стул у рояля, чтобы все-таки было куда присесть самому да пригласить присесть немногочисленных гостей. – И где же вы творите всеми любимые передачи? – Кабинета у меня нет, рабочего стола тоже, все завалено и захламлено бумагами. Поэтому люблю кухню – это мое рабочее место. Писать удается только там. – Чтобы вести такую передачу, как «Путешествия натуралиста», нужно неплохо разбираться во флоре и фауне. Для этого надо иметь определенное образование, знания. Скажите, а какое непосредственное отношение вы имеет к натуралистам? – Любительское. Это мое хобби. С детства интересовался животными, читал о них книжки, ходил в Московский зоопарк. Это так на любительском уровне и осталось. Конечно, как-то в зоологических проблемах разбираюсь, и, естественно, если бы это было не так, не мог бы вести эту передачу. Какие-то основополагающие вещи знаю. Но, конечно, не специалист. Поэтому страшно боюсь делать ошибки или допускать неточности. – Для этого, по-видимому, приходится основательно готовиться к передачам? – Да, конечно, читаю книги, мне наши редакторы готовят всякие справки и материалы интернетовские, связанные со страной, куда мы едем, – сам с компьютерами не умею обращаться. Ведь «Путешествия натуралиста» – это программа не только о природе, но и о путешествиях, об истории, культуре, искусстве. Поэтому очень даже готовлюсь. Последнее время даже стал заранее писать себе тексты. Импровизационность – она остается, конечно, потому что мы наперед не можем знать, что будем снимать, про каких животных придется рассказывать. Для этого у меня существуют определенные заготовки – перед поездками вечерами сижу и «учу уроки». – Скажите, кто же планирует, куда и когда ехать? – Маршруты планируют продюсеры. Это сложный процесс, которым я не занимаюсь, от меня ничего не зависит. Как показывает опыт, бывают удобные страны для съемок и неудобные. Вот мы были, к примеру, в Новой Гвинее, и на обратном пути на три с половиной дня «заскочили» в Сингапур. В Новой Гвинее мы за три с половиной недели сняли три с половиной программы. А в Сингапуре за три дня сняли столько же. Потому что Сингапур – цивилизованная страна с богатыми зоопарками. А когда бываешь в экзотической стране, там материал собираешь по крупицам. Но экзотика тоже нужна, это интересно. – Интересно-то интересно, но как вы переносите это экзотическое пекло? – Что значит как? Меня никто и не спрашивает. Надел эту свою размахайку да шляпу, и пошел. Вообще очень плохо переношу жару. Так что все это довольно тяжело. Когда спрашивают, в каких странах мне больше нравится, отвечаю – в холодных. Люблю Норвегию. Но что делать – приходится терпеть и экзотику. – Но, судя по тому, как вы ведете передачи, вовсе не кажется, что терпите страшные муки. Скажите, артистизм тоже входит в обязанности ведущего телепрограммы? – Есть такое понятие в театральном мире – работать от себя. Вот и работаю там от себя и, по-моему, не очень чтобы играю. Но то, что вы видите в «Путешествиях», это лишь какая-то часть меня. На самом деле я ведь окончил Щукинское училище в 1978 году и сначала работал в театре, а потом на литературной эстраде в чтецком отделе Московской Государственной филармонии, где до сих пор и лежит трудовая книжка. Это основная профессия. В сегодняшнем репертуаре порядка 17-18 сольных программ, а первой была «Конек-горбунок». После десяти лет исполнительской деятельности вернулся в свое родное Щукинское училище и начал там преподавать на кафедре актерского мастерства. Это было в 1988-м. А еще через десять лет в моей жизни появилось телевидение. Пристрастие к чтецкой деятельности ярко выражено и в нехитром интерьере квартиры. Поэтому на стенах комнат можно увидеть афиши его чтецких программ. А одна из стен гостиной вся увешана фотографиями. Здесь и родственники, и друзья, и любимые актеры, и учителя. Но особое место отведено памяти незабвенного педагога Якова Михайловича Смоленского, удивительного чтеца, народного артиста России, память о котором Павел Любимцев бережно хранит. Когда Яков Михайлович умер в 96-м году, то за отсутствием прямых наследников, завещал все имущество своим ученикам: кому-то квартиру, кому-то вещи, мебель. В наследство Павлу перешел замечательный секретер красного дерева эпохи Александра Второго (60-е годы ХХ века), кресло, столик. И удивительная старинная консоль с канделябром. – Это настоящая старинная бронза, – подтверждает Павел, – купленная, как мне рассказывали, в 30-е годы прошлого уже века всего за 70 рублей. Это сейчас она стоит бешеные деньги. Может быть, оно сейчас и не модно, но для меня это неважно. – А как вы попали на телевидение? – Дело в том, что Мишу Ширвиндта я знаю с училища, он учился курсом младше. И когда он стал продюсером и начал выпускать передачу «Живые новости», другой наш друг и Мишин однокурсник Сережа Урсуляк, ныне известный кинорежиссер и ведущий телепередачи о кино «Пестрая лента» на ТВ, посоветовал привлечь меня в качестве автора текста. Так что какое-то время писал тексты, потом стал делать маленькие зарисовки «В Московском зоопарке». В 98-м году все рухнуло из-за дефолта, а готовилась к выпуску авторская передача с рабочим названием «Зоопарки мира». Весной 99-го разговоры о передаче возобновились, а в августе 99-го мы поехали в первую поездку в Индонезию. И уже 12 сентября того же года передача «Путешествия натуралиста» впервые вышла в эфир. – Но, кроме работы на ТВ, вы по-прежнему продолжаете свою исполнительскую деятельность и преподавание в Щукинском? – Действительно, я счастливый человек, что мне предоставлена возможность заниматься тем, что люблю делать и умею. Поэтому ничего не бросаю, ни от чего не отказываюсь. Но главная работа – это исполнительская, актерская, педагогическая. – Но ведь именно телевидение сделало вас популярным и узнаваемым? – Хотя для этого палец о палец ни разу не ударил! Когда просят автографы, мне становится просто совестно. Ведь никогда не мечтал об известности, и думал только о том, чтобы заниматься интересным делом, и делать его хорошо. Так что мне это все действительно неловко. – Павел, а каким вы были в детстве, в школе? – Часто спрашивают, не обижали ли меня в школе – с тайной надеждой, что обижали. Нет, в школе был довольно популярен. В том плане, что умный и интересно разговаривал, и со всеми были довольно-таки ровные отношения. Был довольно серьезным и рассудительным человеком… – Эдаким отличником-«ботаником»? А вы сильно изменились с тех пор? – Человек мало меняется. И сейчас серьезен, рассудителен, люблю много разговаривать. По возможности общаюсь со своими одноклассниками. А детская любовь к животным, как видите, пригодилась в жизни. – Да, но почему, скажите, у вас у самого нет никакой живности в квартире? – Очень люблю животных, но держать их дома – большая ответственность. Этому надо посвящать много времени. И уж безусловно, ни в коем случае не надо держать в московских квартирах экзотических животных. Это варварство просто. Потому что обезьяне или крокодилу вы просто никогда не создадите хороших условий. Недавно прочитал, что модно – черт бы побрал это слово – держать в квартирах лори. Это такие полуобезьяны, с большими глазами, похожие на лемуров. Есть собаки и кошки – они домашние, их и держите. Вот недавно у нас дома тоже была кошечка, так ее убила дворовая собака. Так что теперь решили больше никого не заводить. На это нет времени, а у мамы просто нет сил. Так что обходимся домашними цветами – циперусами, которые отлично регулируют влажность в квартире. Правда, и циперусам с некоторых пор пришлось потесниться: года два назад на облюбованных ими окнах появились решетки. А случилось это после одного печального события, когда в полуподвал к П. Любимцеву кто-то влез через форточку. Правда, больше никаких шагов по защите своего жилища Павел так и не предпринял. Просто всяческие бытовые проблемы его волнуют меньше всего. Нет, он может купить продукты, чтобы помочь матери, убраться в квартире. Он даже может иногда найти себе в холодильнике что-нибудь поесть, хотя в еде абсолютно неприхотлив: «Я не гурман, я обжора. Люблю поесть, хотя мне многого нельзя из-за диабета». Поэтому в доме есть женщина, которая помогает по хозяйству, и мама, которая так всю жизнь и заботится о своем сыночке. – Скажите, вы так всю жизнь и живете с мамой, у вас нет и не было жены, детей? – Нет, не было. Но это неинтересная тема. – Выходит, что кроме работы вам ничего больше не интересно? – Работа – это очень немало. Всегда делал только то, что хотел. И поскольку сейчас такая возможность мне предоставлена, этим и занимаюсь. Остальное мне мало интересно… – Вы в юные годы наверняка мечтали поездить по миру, посмотреть на диковинных зверушек. Теперь ваша мечта стала явью, вы чувствуете себя счастливым? – Дело в том, что об этом как раз никогда и не мечтал. Я не люблю путешествовать. В этом и есть «странность» судьбы. Существует действительно много людей, которые мечтают объездить весь мир и увидеть много стран. Мне же хватало нескольких загранпоездок до 1998-го года. Мотаться по всему миру очень утомительно... За три года мы побывали более чем в 30 странах. В некоторых – несколько раз. Но вот об этом-то как раз и не мечтал. – И никогда не хотели купить себе новую «крутую» машину, современную квартиру? Хотя вы и утверждаете, что поскольку метро близко, вам на нем гораздо удобней. – Равнодушен к материальным благам, глубоко равнодушен. И к удобствам тоже. Мне надо только, чтобы было чисто, и больше ничего. Поэтому вполне устраивает полуподвал, в котором живем. Этот дом очень старый, года 1903-го. И я с ужасом думаю, что придется опять делать ремонт…

Тамара Клейман

Другие статьи на тему: В гостях у звезды

  • Александр Михайлов: «Я душой все равно архитектор»
    Когда любимцу миллионов зрителей, народному артисту России исполнилось 65, с юбилеем его поздравил президент Дмитрий Медведев и подчеркнул: «Творчество Александра Михайлова – одно из лучших среди наследия российских актеров. Талантливо сыгранные им герои стали близки и дороги представителям разных поколений».
  • Федор Конюхов: Главная моя крыша – небосвод
    Он опять в путешествии. 1 января улетел в Новую Зеландию, где стоит его яхта. Оттуда курс на Фолклендские острова вокруг мыса Горн. После морского путешествия – сухопутная экспедиция через монгольскую пустыню Гоби на верблюде по Великому шелковому пути в Калмыкию... Мы разговариваем в тот редкий момент, когда Федор Конюхов на родине.
  • Александр Збруев: «Люблю ощущать тишину в себе и вокруг»
    В минувшем году народный артист России Александр Збруев отметил свое 70-летие. Человек немного замкнутый, он редко появляется на публике вне сцены, отказывается от работы в сериалах, не снимается в рекламе. Между тем любовь зрителя к нему не иссякает. А само имя актера служит знаком качества того «продукта», который выходит на экраны или появляется на подмостках театра, если Александр Викторович принимает участие в его создании.
  • Наталия Лаптева: «И тогда комиссия сказала: «Это некерамично!»
    Так уж сложилось исторически, что в районе Мясницкой всегда располагались мастерские художников. Здесь работали Василий Поленов, Алексей Саврасов, тут находится училище живописи. И нам весьма приятно входить в мастерскую, что находится в переулке с истинно московским названием – Кривоколенный. Улыбается хозяйка, художник-керамист Наталия Лаптева, улыбаются и играют всеми цветами ее многочисленные изделия.
  • Юрий Яковлев: «Начинать пришлось сразу с Шекспира»
    «С ним радостно на сцене. Он молниеносно реагирует на любой нюанс партнера, мгновенно подхватывает зазвучавшую в тебе ноту и присоединяется к ней. Он кажется летящей птицей, которой не надо контролировать свой полет, подсчитывать, сколько усилий нужно для взмаха крыла, – говорит о своем партнере народная артистка СССР, знаменитая принцесса Турандот Юлия Борисова. – Он «летит» плавно, свободно, мощно, исполненный радостью бытия, даря эту радость людям».