Московская жилищная газета

Путеводитель по Москве

Опубликовано на сайте: 16 сентября 2004 г. 22:45
Публикация в газете: №37 (504) от 16 сентября 2004 г.

РОЩА НА КУЗНЕЦКОМ
или памятник самодурству

РОЩА НА КУЗНЕЦКОМ<br />или памятник самодурству

Не всякий москвич вспомнит сегодня, где была Хомякова роща и что с ней стало. Такое же недоумение вызовет, пожалуй, и упоминание о Тюфелевой или Анненгофской роще. Хомяковская же стояла особняком и долгие годы служила темой для едких карикатур и негодующих писем.

Театралы Когда-то на углу оживленной Петровки и неширокого Кузнецкого переулка стоял деревянный флигель. Старенький этот дом резко выделялся на фоне модных пассажей Кузнецкого, книжного великолепия магазина Готье, изящных гравюр и рисунков салона Дациаро. Вместе с тем, невидный сей флигель, стоявший на земле А.С.Хомякова, был широко известен и любим театральной Москвой. Здесь разместился трактир Спиридона Щербакова. Сюда «в Щербаки» наведывались московские и заезжие актеры, великие мастера Малого театра и провинциальные знаменитости. К чести Щербакова, он не просто любил актерскую братию, но и постоянно ее подкармливал, а то и ссужал деньгами на дорогу. По воспоминаниям В.А. Гиляровского, к концу Великого поста, когда спектакли не разрешались и у неработающих в это время театральных актеров заканчивались наличные, они питались здесь знаменитыми щербаковскими расстегаями – размером с тарелку и в три пальца толщиной и всего-то за 15 копеек. Подавался этот пирог с тарелкой бульона – тоже какие-то копейки, что позволяло «господам актерам» дожить до лучших времен. Но умер Щербаков, умер и хозяин земли, поэт и славянофил Алексей Степанович Хомяков, принимавший у себя Пушкина, Веневитинова, Баратынского. Где снимали «служебный роман» После смерти поэта его внучатый племянник и тезка – А. С. Хомяков, став владельцем этого солидного куска земли, решил построить здесь 4-этажное здание с прекрасным фасадом, предназначенное под торговые конторы, магазины, а верхние этажи – для дорогих квартир. Дом вырос на загляденье, с нарядной лепниной и статуями. Строил его известный архитектор Илларион Иванов-Шиц. В советское время в доме Хомякова, на углу Петровки и Кузнецкого переулка долгие годы размещалось Министерство речного флота СССР. Просторные, своеобразные помещения этого здания с успехом использовал Эльдар Рязанов, снявший здесь замечательный кинофильм «Служебный роман». Вот этот-то весьма представительный дом молодого Хомякова нежданно доставил московским властям массу хлопот. Вернее, закавыка была не в доме. А в земле вокруг него, также принадлежавшей этому наследнику. Капризы частного собственника Согласно Высочайше утвержденному плану урегулирования проездов, часть владений Хомякова (на углу Кузнецкого), должна была отойти городу для расширения уличного проезда. Речь шла о клочке мостовой, что оказалась на стыке оживленных торговых улиц. Именно здесь к началу минувшего века появились первые транспортные пробки. Городская Дума, естественно, предложила продать или подарить, как не раз бывало в Москве, этот участочек. Не тут-то было – ужалила наследничка гордыня. И спорный этот клочок – 55,5 кв. сажен – огородил он железной решеткой и посадил там для отвода глаз «ветлу плакучую, осину дрожащую да тополевые прутики». Вот так появилась в центре Москвы «Хомякова роща», мешавшая проезду экипажей по переулку. Делать нечего: Городская Дума подождала, поразмыслила да и назначила оценочную комиссию по покупке земли у строптивца. Начало первых торгов относится к 1902 году, комиссия определила стоимость земельного клочка почти в 225 тыс. рублей, что вызвало резкий протест городских властей. Шли годы, «роща» стояла как необоримый бастион, где на потеху прохожим зеленели хилые кустики и травка. Как только Хомякова ни критиковали в печати, как ни упрашивала семья «не позорить фамилию», полиция грозила высылкой из Москвы – все было напрасно. «Земля это моя и все я делаю по закону», – таков был ответ. Точку поставили питерцы В 1908 г. очередная оценочная комиссия вновь была вынуждена посвятить этому «огороду» на Кузнецком несколько заседаний. В этот раз стоимость отчуждения определили в 62 270 руб., т. е. по 1140 рублей за квадратную сажень. Вот что значит центр города – земля просто на вес золота. Городское Управление и с этим решением комиссии не согласилось, назначив цену лишь в 700 руб., указав для обоснования своего мнения, что «сам г-н Хомяков в свое время купил землю по 424 рубля за квадратную сажень и что домовладелец убытка не понес при отчуждении и что город здесь тоже не извлекает никакой прибыли…» Пока шли согласования и увещевания, «роща» все больше мешала растущему движению. На старых фотографиях, что запечатлели этот городской казус, хорошо видна эта нелепо расположенная площадка почти посреди проезжей части улицы. Не год и не два, а 10 лет стоял этот памятник самодурству. Тем временем Москва довела дело до Правительствующего Сената. Петербург завершил затянувшийся спор: землю оценили в 64 тыс. рублей и … точка. На основании этого вердикта, в конце августа 1911 г., московские власти снесли решетку «рощи» и свалили скоренько туда груду булыжника для устройства мостовой. В самое непродолжительное время злополучный «пятачок» замостили камнем и расширили, наконец, проезд Кузнецкого моста. Вот так закончилась эта малоприятная для города история, и скоро о Хомяковой роще стали забывать. А сам виновник этого сутяжного дела, уехав из Москвы, долго там не появлялся.

Юлиан Толстов

Другие статьи на тему: Путеводитель по Москве

  • Последний экипаж
    Наша Карета времени совершает последний круг почета. На протяжении 8 лет – с 2004 года – мы с вами беседовали под мирный скрип ее рессор, забирались во всякие дворы и закоулки, раскапывали разные истории, совершили более 160 прогулок по московским улицам, переулкам и площадям и даже успели заскочить в несколько других городов. Сегодня мы проедемся по старым местам, чтобы орлиным взором окинуть наше совместное прошлое и сложить из него небольшую мозаику.
  • Динамо: ведьмы, цыгане, футболисты, художники
    У каждого времени есть свои незыблемые приметы. Незыблемость эта время от времени дает трещину и рушится, оплакиваемая современниками. На ее месте возникает новое, воспринимаемое следующими поколениями как милая сердцу аксиома. Затем история повторяется – рушится, строится, становится чьим-то фетишем, оплакивается – такой круговорот незыблемостей в природе. Сегодня мы пройдемся по району, находящемуся в процессе таких очередных обновлений – неподалеку от метро «Динамо».
  • Ангелы в проектируемом проезде
    Улицы, носящие имена Окуджавы, Пастернака, Ахматовой, Маршака появятся в Новой Москве, обещает городская комиссия по наименованию территориальных единиц. Всего утверждены названия для 12 улиц на присоединенных территориях столицы и 12 проектируемых проездов.
  • Тверской бульвар: когда растает снег
    В листе ожидания декабря сплошные прощания: конец 2012 года, конец света, щедро обещанный и поэтапно расписанный нам тибетским монахом, окончание наших прогулок, в конце концов. Известно, что за старым должно следовать новое, а стало быть – следующий год, иной, возможно, более гармоничный и не такой взрывной в каждой точке «свет», совсем другие путешествия. Но, по новогодней традиции, прежде чем приветствовать наступление нового, нужно проводить старое. Где ж нам прощаться с ним, как не на Тверском бульваре?
  • Аэропорт на все времена
    «...Нельзя ли для прогулок поближе выбрать закоулок?», – бормочу, переиначивая классика и одновременно отворяя дверь подъезда в ветреный обесцвеченный ноябрем город. И действительно выбираю. Рассказ сегодня пойдет о тех местах и временах моего родного, ныне престижного района Аэропорт, в которых мы еще не бывали.