Московская жилищная газета

Путеводитель по Москве

Опубликовано на сайте: 06 декабря 2012 г. 15:00
Публикация в газете: №45 (917) от 06 декабря 2012 г.

Ангелы в проектируемом проезде

Улицы, носящие имена Окуджавы, Пастернака, Ахматовой, Маршака появятся в Новой Москве, обещает городская комиссия по наименованию территориальных единиц. Всего утверждены названия для 12 улиц на присоединенных территориях столицы и 12 проектируемых проездов.

Экспертный центр «Probok.net», по чьей инициативе произошло переименования последних, подсчитал, что Проектируемых проездов в Москве около 50. «Гаишники их называют «пр. пр.», – говорит руководитель «Probok.net» Александр Шумский. – Это некрасиво, и вряд ли кто-то захочет у себя в паспорте иметь такую регистрацию».

С одной стороны, название вроде дело не основное, главное – содержание. Вот, например, казалось бы, не самая благозвучная фамилия «Пушкин». Но ассоциируется она у нас не с Пулеметкиными и Арбалеткиными и прочими производителями оружия, а с прекрасной поэзией. Такой же лирический флер приобретает и название «Пушкинская площадь». И наверняка не станут возражать москвичи, если улицу их назовут именем хорошего писателя (помните, как воспротивились в 2004 году жители Южного Бутова появлению в их районе улицы Кадырова?).

«Только не надо переименовывать, – считает коренная жительница Таганки, с содроганием вспоминая путаницу и бумажную волокиту, возникшую во время превращения Большой Коммунистической в улицу Солженицына, – из истории все равно слова не выкинешь». Хотя как раз выкидывание слов из истории – дело для нас традиционное. Глобальное массовое переименование (и все связанные с ним трудности – прописки, таблички и т.д.) обрушивалось на страну дважды. Большевики в свое время «зачищали» город от старых, особенно связанных с религией названий и увековечивали память очередного «товарища» (москвичи шутили: «Москва превращается в филиал Новодевичьего кладбища»). После перестройки был взят решительный курс на новое, оно же забытое старое – улица Горького снова стала Тверской, чем были ранены в самое сердце стиляги 50-х, так любившие «прошвырнуться по Бродвею».

Жители Войковской до сих пор успешно отражают очередную попытку переименования района, полагаю, не из любви к организатору расстрела царской семьи, а потому что родились и выросли на Войковской и привыкли к этому названию, давно утратившему связь с первоначальным посылом.

А от бесконечных «Проектируемых проездов», конечно же, надо избавляться. Только лучше сразу. Так сказать, писать историю набело. Как, например, изначально было в поселке Сокол, полном именами художников – Левитана, Врубеля, Сурикова... И пусть микрорайон у деревни Рассказовка (близ поселка Лесной городок, в котором жили многие писатели и поэты) станет филиалом литературной гостиной, где встретятся Корней Чуковский и Самуил Маршак, Борис Пастернак и Анна Ахматова.

Сама бы я, честно говоря, предпочла жить на улице Ангелов, ну, или хотя бы в Ангеловом переулке. Но он, к сожалению, находится в Митино (бывший Проектируемый проезд № 367, кстати), переезжать я пока не готова. Так что придется удовольствоваться своей Красноармейской. Ничего, я к ней привыкла.

Мария Кронгауз

Другие статьи на тему: Путеводитель по Москве

  • Последний экипаж
    Наша Карета времени совершает последний круг почета. На протяжении 8 лет – с 2004 года – мы с вами беседовали под мирный скрип ее рессор, забирались во всякие дворы и закоулки, раскапывали разные истории, совершили более 160 прогулок по московским улицам, переулкам и площадям и даже успели заскочить в несколько других городов. Сегодня мы проедемся по старым местам, чтобы орлиным взором окинуть наше совместное прошлое и сложить из него небольшую мозаику.
  • Динамо: ведьмы, цыгане, футболисты, художники
    У каждого времени есть свои незыблемые приметы. Незыблемость эта время от времени дает трещину и рушится, оплакиваемая современниками. На ее месте возникает новое, воспринимаемое следующими поколениями как милая сердцу аксиома. Затем история повторяется – рушится, строится, становится чьим-то фетишем, оплакивается – такой круговорот незыблемостей в природе. Сегодня мы пройдемся по району, находящемуся в процессе таких очередных обновлений – неподалеку от метро «Динамо».
  • Тверской бульвар: когда растает снег
    В листе ожидания декабря сплошные прощания: конец 2012 года, конец света, щедро обещанный и поэтапно расписанный нам тибетским монахом, окончание наших прогулок, в конце концов. Известно, что за старым должно следовать новое, а стало быть – следующий год, иной, возможно, более гармоничный и не такой взрывной в каждой точке «свет», совсем другие путешествия. Но, по новогодней традиции, прежде чем приветствовать наступление нового, нужно проводить старое. Где ж нам прощаться с ним, как не на Тверском бульваре?
  • Аэропорт на все времена
    «...Нельзя ли для прогулок поближе выбрать закоулок?», – бормочу, переиначивая классика и одновременно отворяя дверь подъезда в ветреный обесцвеченный ноябрем город. И действительно выбираю. Рассказ сегодня пойдет о тех местах и временах моего родного, ныне престижного района Аэропорт, в которых мы еще не бывали.
  • Никольская: алхимисты и расстрельный дом
    За время нашей двухнедельной разлуки закончилось то ли второе, то ли третье бабье лето, и решительно покатило к зиме. Во что, расслабившись от затянувшегося тепла, верить никак не хочется. Но лаконичный ноль на уличном термометре пресекает всякие оптимистические ожидания – явно не месяц май. Тем не менее, мы, как обещали, вернулись на Никольскую улицу, чтобы уже в другой, холодной реальности, завершить начатую прогулку.