Московская жилищная газета

В гостях у звезды

Опубликовано на сайте: 11 марта 2011 г. 14:01
Публикация в газете: №10 (832) от 10 марта 2011 г.

Александр Михайлов: «Я душой все равно архитектор»

Александр Михайлов: «Я душой все равно архитектор»

Когда любимцу миллионов зрителей, народному артисту России исполнилось 65, с юбилеем его поздравил президент Дмитрий Медведев и подчеркнул: «Творчество Александра Михайлова – одно из лучших среди наследия российских актеров. Талантливо сыгранные им герои стали близки и дороги представителям разных поколений».

А это действительно образы запоминающиеся. К примеру, в Малом театре – царь Иван Грозный. В кино – Павел Зубов из фильма «Мужики», Вася Кузякин из «Любовь и голуби», а еще шахматист Алехин, разведчик Кузнецов – более ста разножанровых ролей. Благодаря им зрители дважды признавали Михайлова лучшим актером года.

Александр Яковлевич продолжает работать в кино, на телевидении, у него своя мастерская во ВГИКЕ, он ездит по стране и за рубеж с антрепризными спектаклями, где занят вместе с Инной Чуриковой и Ниной Усатовой, дает концерты, на которых под гитару исполняет песни и романсы. Сейчас готовится к гастролям в северных городах нашей страны, Австралии, Израиле. А еще получил приглашение на роль в новом фильме, который будет сниматься в Киеве.

Знаю его ровно пятьдесят лет. С тех пор, как он играл в студенческом театре миниатюр Дальневосточного университета, в институте искусств Владивостока, а потом, уже с дипломом актера, – на сцене Приморского театра имени Горького, где его первой профессиональной ролью стал Родион Раскольников по роману Достоевского «Преступление и наказание».

Специально для читателей «КР» мы с Александром Михайловым поговорили о важном в жизни каждого человека – Доме. Чем он ему дорог, чем красен, какая у него самого была крыша над головой. По-разному оказалось.

– Есть классическая фраза: мой дом – моя крепость, – начал Александр Яковлевич. – Она близка мне по форме и содержанию. Куда ты идешь после всех мытарств, потрясений? Домой. Иногда подраненный, иногда восторженный. Сюда приходишь и получаешь все, что должен получить. Семья, дети, внуки, друзья, которые навещают, любимые люди, вещи, животные. Вот как кошка Маруська, которую мы нашли на улице зимой с отмороженными ушами и хвостом. Она нас согревает своим присутствием.

И китайская фанза

А дома мои действительно разные. В детстве в Забайкалье – землянки да хибары, куда нас поселяли вместе с мамой, я там родился в Цугольском дацане, где на реке Онон, утверждают, родина Чингисхана. Недавно побывал на малой родине и понять не могу, как жить было можно – крохотные сени, комнатка, куда я вошел, согнувшись в три погибели с моим ростом 190 см.

Потом нас переселили на станцию Степь под Читой и поместили в землянку, которая, как оказалось, была... зимним моргом при больнице. Подземелье знакомые помогли отчистить, поставили стол, топчан, печь-буржуйку, дымоход наружу прорубили.И прожили так чуть не целый год. После дали жилище в разрушенной школе, зато это было уже что-то – даже две кровати влезли со столом и стульями.

Позже, когда перебрались во Владивосток, вселились возле Дальзавода в неказистую полуземлянку с фанерными стенами. Как выяснилось, в китайскую фанзу, оставшуюся едва не с дореволюционных пор.

Так что с домами у меня всегда было непросто, даже драматично, потому что приходилось мерзнуть, отсыревать, с нечистью всякой типа мышей бороться. Но ничего, не пропали. Потом маме дали однокомнатную квартиру в микрорайоне бухты Тихой. А там – спальня, кухня, санузел, все, как положено. Правда, и лет мне к тому времени было уже 25.

Да и мама, Степанида Наумовна, доброй хозяйкой была. Работала посудомойкой, прачкой, санитаркой, шпалы таскала. Но не унывала, все песни пела. Оттого у меня любовь к народным мотивам и частушкам. Еще она на балалайке здорово играла, я инструмент старенький сохранил, тепло от него исходит.

На Волге широкой

Сам же я нормальную квартиру получил только в Саратове, куда уехал из Владивостока по приглашению режиссера Натана Басина. Правда, с полгода жили мы с семьей весьма стесненно, в скромном номере гостиницы на набережной Волги. Было любопытно и незнакомо поначалу: после вида на океан – река, просторы, небо, не стесненное сопками.

А дальше оказалось, что у Олега Янковского, с которым мы тогда работали на одних ролях, дружили, он мне здорово помогал, с жильем нормально получилось. Ему дали трехкомнатную квартиру, а я переехал в его двушку – рядом с парком, филармонией. Эта квартира и стала тем местом, где я впервые почувствовал себя в нормальных условиях обитания, хозяином собственного дома.

Ближе к природе?

Когда же меня пригласили в Москву, в Театр имени Ермоловой, то поначалу опять было общежитие на Тверской, потом двухкомнатная малогабаритка на Октябрьской. Но там не так хорошо жилось. Буквально рядом проходила железная дорога, справа шумело предприятие цветных металлов, слева – завод тяжелых сплавов, а под самым домом еще и радиозавод. На подоконниках и окнах постоянно лежал толстый слой сажи, пыли, грязи, форточки не открывали даже летом. Оттого у меня начались проблемы с легкими, пришлось перебираться на Малую Дмитровку.

Сейчас живем на улице Щепкина, где тоже нет ни деревца, ни цветочка – одни здания, торговые центры и комплекс «Олимпийский», под стенами которого с утра до ночи гудят трамвайные рельсы. Я и тут не чувствую себя устроенным, хотя три комнаты, высоченные потолки, уютный кабинет, но все-таки задыхаюсь. Обязательно будем переезжать поближе к природе, хотя бы в Сокольники, где есть возможность купить жилье с видом на зелень и пруды.

Банька с купелью

Еще начал строиться на своих 12 сотках по Пятницкому шоссе в красивейших местах поселка Трусово. Там пока у меня сооружен гараж, где вполне можно отоспаться. И особо – банька с купелью, тоже жилая, с двумя спаленками. Меня пока устраивает – есть свет, газ, вода, можно расслабиться и отдохнуть. О дачном доме лишь мечтаю. Но коттедж будет, конечно. Если средства позволят, и для души что-нибудь сооружу, тем более многое сам делаю. Я дерево чувствую, камень, это в генах от отца.

Мне нравится что-то придумывать, фантазировать, проектировать. Вот построил гараж и понял, что по склону сделал неправильно – снег не тает, хоть и южная сторона, наледь образуется. Ошибку нужно исправлять, на них учусь. Конечно, не только сам строю, друзья помогают, рабочие, но точно каждую свободную копейку сюда, к чему душа тянется, вкладываю. Я когда заглядываю в супермаркет, не за продуктами сначала иду, а к прилавкам, где журналы лежат про загородные дома, квартиры, дачи, покупаю их, так как в душе еще и архитектор: вижу хороший проект – радуюсь. Думаю, как применить на своей территории.

Мне, если честно, не по душе хоромы с башнями, бассейнами, кучей ванных и туалетов в одном пространстве. Все это лишь нагромождение роскоши, а вдуматься в содержание, оно выеденного яйца не стоит. Пусть не обижаются те, кто не согласен со мной, но это наворочено на низменных инстинктах – для выпендривания друг перед другом или просто, как сейчас говорят, пиара. Есть закон бумеранга. Сколько вложил, столько получишь обратно. Как доброго, так и злого. Оно вернется сторицей, рано или поздно. Ибо все взаимосвязано.

Поэтому неси тепло, старайся жить по совести на земле, которая, по сути, наш общий прекрасный дом. Как сказал святитель Тихон Задонский: «Пусть тебя все хулят, лишь бы совесть тебя хвалила».

Олег Паденко

Другие статьи на тему: В гостях у звезды

  • Федор Конюхов: Главная моя крыша – небосвод
    Он опять в путешествии. 1 января улетел в Новую Зеландию, где стоит его яхта. Оттуда курс на Фолклендские острова вокруг мыса Горн. После морского путешествия – сухопутная экспедиция через монгольскую пустыню Гоби на верблюде по Великому шелковому пути в Калмыкию... Мы разговариваем в тот редкий момент, когда Федор Конюхов на родине.
  • Александр Збруев: «Люблю ощущать тишину в себе и вокруг»
    В минувшем году народный артист России Александр Збруев отметил свое 70-летие. Человек немного замкнутый, он редко появляется на публике вне сцены, отказывается от работы в сериалах, не снимается в рекламе. Между тем любовь зрителя к нему не иссякает. А само имя актера служит знаком качества того «продукта», который выходит на экраны или появляется на подмостках театра, если Александр Викторович принимает участие в его создании.
  • Наталия Лаптева: «И тогда комиссия сказала: «Это некерамично!»
    Так уж сложилось исторически, что в районе Мясницкой всегда располагались мастерские художников. Здесь работали Василий Поленов, Алексей Саврасов, тут находится училище живописи. И нам весьма приятно входить в мастерскую, что находится в переулке с истинно московским названием – Кривоколенный. Улыбается хозяйка, художник-керамист Наталия Лаптева, улыбаются и играют всеми цветами ее многочисленные изделия.
  • Юрий Яковлев: «Начинать пришлось сразу с Шекспира»
    «С ним радостно на сцене. Он молниеносно реагирует на любой нюанс партнера, мгновенно подхватывает зазвучавшую в тебе ноту и присоединяется к ней. Он кажется летящей птицей, которой не надо контролировать свой полет, подсчитывать, сколько усилий нужно для взмаха крыла, – говорит о своем партнере народная артистка СССР, знаменитая принцесса Турандот Юлия Борисова. – Он «летит» плавно, свободно, мощно, исполненный радостью бытия, даря эту радость людям».
  • Елена Стукалина: «На полшага отступить от реальности»
    Безудержная фантазия, воплощенная в изысканных, но весьма лаконичных графических рисунках Елены Стукалиной, впервые поразила меня этой весной на выставке «Мифология пространства», что проходила в галерее Вхутемас. Сегодня вновь любуюсь произведениями талантливой московской художницы на ее персональной выставке «Библиотека снов». Радуюсь встрече с уже знакомыми работами, восхищаюсь новыми. И не перестаю удивляться.